Cоздатель настольной Cyberpunk помогает CD Projekt с новой игрой

Майк Пондсмит пообщался с журналистами издания RockPaperShotgun

С данным материалом у нас есть хоть какое-то представление как примерно может выглядит Cyberpunk 2077. Приятного чтения

 

В процессе моего разговора с Mike Pondsmith, пара человек попросили его подписать арт из игры Cyberpunk, которую он создавал. «Это никогда не перестанет быть странным» сказал он о том, что люди хотят его автограф, но он смирился с этим. Cyberpunk крут, это революция, это продвинутый элемент системы, и не только в плане эстетики.

«В основе своей, если у тебя не скрывается некий смысл за черной кожей и неоном, то у тебя не получится киберпанк. В этом была проблема с игрой Cyberpunk. Люди этого не понимают. Они думают, что все дело в экшене и героях, уничтожающих корпорации.» В последние годы Пондсмит пытался заключить сделки с различными компаниями, чтобы создать Cyberpunk на ПК, но он говорит, что рад, что эти сделки провалились, поскольку сейчас у него есть отличный вариант. CD Projekt Red, студия, ответственная за Ведьмака и за приближающийся Cyberpunk 2077, «знает в этом толк». «Они настоящие фанаты, и знают о киберпанке даже то, что я сам забыл».

Так что будущее выглядит позитивно, несмотря на некоторые непременные недостатки.

Если бы я хотел, чтобы один человек создавал РПГ кампанию для меня и моих друзей, это был бы Майк Пондсмит. Он занимался этим годами, и он прирожденный рассказчик историй. Как то раз я упоминал, что у него есть много оружия, и он рассказывал, что любит стрелять из пушек, потому что важно знать это ощущение, когда создаешь боевую механику. Пушки, как и многочисленные книги, часть той библиотеки информации, которая используется при создании миров и системного геймдизайна.

Но также они оружие. И они не все, что есть у Пондсмита дома.

«Я хотел дом, который было бы сложно найти. Как в сети, так и в реале, я не люблю быть заметным, так что я хотел место, куда люди не попадут просто так. Оно в лесу, ты не найдешь его на гугл картах, и никто туда не придет, если только не будет знать, что я там.

Однажны я выглянул в окно рано утром, и там стоял какой то парень. Я смотрел за ним, но он не двигался. Я его не знал, так что подумал, что он тут не к добру, так что я взялся за катану…»

Мы уже довольно долго разговаривали, так что катана прозвучала как то обыденно. Ну разумеется у Майка Пондсмита есть катана под рукой против незваных гостей, подумал я. В день, когда я с ним познакомился, у него в ухе была серьга в виде Millennium Falconа, за день до этого там был еще какой то предмет поп-культуры. Как и сам киберпанк, Пондсмит тот еще нерд, но пронизанный неуловимым чувством крутизны, которое он успешно поддерживает, хотя конкретно его крутизна либо из далекого будущего, либо устарела лет на 20. В разговоре он отчасти профессор, отчасти восторженный энтузиаст. Он часто смеется, в основном над собственными шутками, но вне этого он серьезен и уважителен.

Он был бы великим человеком в сфере РПГ, так что да, если бы я хотел, чтобы один человек создавал РПГ кампанию для меня и моих друзей, это был бы Майк Пондсмит. Но если бы мне нужно было подраться на катанах с создателем РПГ, лучше бы это был кто то другой.

«Мне не пришлось ее использовать, но я собирался это сделать», сказал он, когда я спросил, чем все закончилось. «Он только что приехал из Афганистана и каким то образом нашел меня в онлайне и хотел рассказать мне, как он и другие люди играют в Cyberpunk, и что это для них значит.»

История, которой я поделился с Пондсмитом, была более приземленной, но это помогло мне добраться до сути того, что киберпанк для него значит. Мы встретились на Gamelab в Барселоне, а за пару недель до того, прямо перед Е3, мой телефон сдох. Я купил новый в аэропорту прямо перед вылетом в Лос Анджелес, и тот, кто собираясь в поездку вдруг лишался своего самого ценного гаджета, меня непременно поймет. Без него у меня не было ни карт, ни информации об отелях, ни даже билета на самолет. И только оставшись без телефона я осознал, как мне все это нужно.

Я рассказал это Пондсмиту, поскольку мы беседовали о переживаниях насчет зависимости от технологий, и я использовал мой телефон как пример.

«Но что ты сделал?», спросил он.

«Мне пришлось купить новый телефон».

«Об этом и киберпанк. Он не просто о технологиях, он о вездесущих технологиях. Если аугментации не распространены и делают людей имеющих их особенными, это не киберпанк. Они должны быть на улицах. Они должны быть везде и доступны практически всем.»

Прикол с телефоном вызвал все эти мысли о киберпанке, но прежде чем мы погрузились в анатомический ужас, повсеместность технологий и социально-политическе аналогии, мы провели некоторое время, обсуждая, что именно CD Projekt Red делает с фантастической вселенной Пондсмита, и как он влияет на игру.

«Это случилось года 4 назад, они мне позвонили, но я никогда про них не слышал. Я представлял себе маленькую студию в Польше, которая мало на что способна, но потом я посмотрел на Ведьмака 2, и подумал «О, это хорошо. По настоящему хорошо». Так что я полетел к ним и понял, что они настоящие фанаты киберпанка. Чего они не знали, так это того, что я работал над дизайном и компьютерных игр и настольных.»

«В начале проекта я разговаривал с ними много, каждую неделю. Они долго не могли понять, что я работал над цифровым контентом, но я занимался писаниной 20 лет, и цифровым контетом еще 15. Когда я рассказывал им про киберпанк, я объяснил механику в понятном им виде, и помог им понять, что я могу принести больше пользы в геймдизайне.

«Теперь я много общаюсь со всей командой, чтобы быть уверенным, что они понимают фишку, и знают, где ключевые моменты. Также я участвую в создании игровой механики, насколько это возможно. Однажды мы обсуждали летающие машины. Они есть в моем киберпанке потому, что это хороший способ перемещать персонажей из одного конца разрушенного города в другой. А травматологи у нас есть потому, что нет жрецов.»

«Но как эти вещи выглядят в игровом мире? Летающие машины это круто, но они здесь не для того, чтобы устраивать бои на летающих машинах. Этому не место в мире игры. Это удобный элемент дизайна и, как и многие вещи в киберпанке, имеют свою функцию, а не просто существуют ради крутости.»

«Так что многие обсуждения в команде у нас заключаются не в «можем ли мы это сделать?». Мы можем сделать все что угодно. Вместо этого, я объясняю почему я создал это в своей вселенной, и мы думаем, нужно ли это нам снова, и будет ли это иметь другой смысл в компьютерной игре. Я знаю зачем были летающие машины в оригинале, но нам не обязательно нужны от них те же функции в 2077. Все рассматривается в плане того, что оно делает в игре, как это отличается от настолки, и вызывает ли нужные чувства.»

Для меня было новостью, что Пондсмит вносит такой вклад в Cyberpunk 2077, при этом работая над новым изданием настольной игры. Новая версия, по совпадению названная Cyberpunk Red, еще до общения с CD Projekt Red, будет иметь место в 2020, на десятилетия раньше. Поскольку две игры существуют в одной вселенной, есть сюжетные аспекты, которые должны совпадать. Пондсмиту пришлось пояснять разработчикам 2077, что некоторые персонажи могут быть мертвы и забыты к тому времени, как начнется их история, хотя он с усмешкой говорит «у меня есть способы вернуть их обратно».

Но смысл Cyberpunk 2077 понять сложнее, чем специфику отдельных персонажей.

«Одна из вещей, которую я люблю в киберпанке как в жанре, это романтику. Проникновенность. Даже сейчас города романтичны. Мы с женой любуемся видом на город, разглядывая неон и слушая сирены, и когда ты это делаешь, то чувствуешь маниакальную сущность, живущую под тобой. Добавление новых технологий усиливает эти чувства.»

«Тут нечто большее, чем большие пушки и кожаные куртки. Волтер Джон Виллиамс написал книгу, которая по настоящему погрузила меня в это. Это полное безнадежности повествование об обреченном романе и противостоянии без шансов. Ты понимаешь, что ничего не получится, но надеешься, что получится. Об этом и есть киберпанк.

«Он постоянно развивается как жанр, и я не чувствую себя его хозяином. Взять Ghost in the Shell. Новый фильм это не Standalone Complex, который не является оригинальным Ghost in the Shell. Он скорее похож на Appleseed, который представляет собой то, что мы получили бы, если бы пережили события Ghost. Это разные типы киберпанка — многие японские произведения заставили меня прочувствовать то, что его определяет. Достоверные технологии и бесчувственная вселенная людей, более могущественных, чем ты, и обезличенных. Это о борьбе за свой клочок земли, чтобы можно было жить. Герои киберпанка не пытаются спасти мир, они пытаются спасти себя.»

Я заинтересовался идеей безликих злодеев, хотя «злодеи» не особо подходящее слово. Пондсмит использует Blade Runner как пример.

«Мы никогда не видим реальную силу в Blade Runner. Вместо этого мы видим мальчика на побегушках Гаффа, но не видим высший уровень. И Декард не думает о том, что он делает, он даже не задается вопросом. Некая сила говорит ему убивать репликаторов, которые могут оказаться людьми, но суть того, что он сбежал с Рейчел не в том, что он спас репликаторов. Он спас Рейчел и сбежал. Это не сказка про героя. Это некто, спасающий свою шкуру и шкуру того, до кого ему есть дело, и это очень киберпанково. Идея о том, что шанс на взаимоотношения и на лучшую жизнь стоит того, чтобы противостоять невидимой и могучей силе.»

Но киберпанк Blade Runnerа это не киберпанк Пондсмита. Хотя он любит Blade Runner, чего не скажешь о большинстве других sci-fi фильмах, которые мы обсуждали. Ему нравися внутренняя целостность, особенно когда дело доходит до технологий и идей, за ними стоящих, и это то, чем по его мнению жертвуют сценаристы, ради продвижения темы или сюжета. Говоря об играх, он критикует Deus Ex, не столько за специфические детали, сколько за то, что он очень похож на Cyberpunk, если бы он попал не в те руки.

«Мне нравится многие из происходящих там вещей, но главные персонажи становятся особенными из за технологий, что очень далеко от уличного киберпанка. Технология не должна делать тебя супергероем, она должна быть частью обычной жизни»

Это возвращает меня к моему дохлому телефону и повсеместным технологиям, которые совсем недавно были так невообразимо сильны.

«Если ты потерял телефон, то ты просто заменяешь его», говорит Пондсмит, размахивая собственным телефоном, который в реальном времени показывает сейсмическую активность где то в Южной Америке. «Я подключен к планете с помощью этой штуки. Это невероятно само по себе, но эта технология есть везде. У меня заняло где то час, чтобы восстановить все, что было в моем старом телефоне, когда я купил этот. Информация и настройки легко переносятся».

Я подумал о более глубокой проблеме: даже если я могу сменить телефон, я не контролирую сети и спутники, за счет которых он работает. Вся эта мощь не в телефоне, он дает только доступ, и это ничем не заменить. Не в моих силах это по крайней мере. Если мой провайдер отключит меня от сети, у меня будет только очень дорогой кирпич, на котором можно играть в игры.

«Подумай об этом в контексте нейтральной сети, и если бы корпорации не хотели, чтобы люди связывались с другими людьми. Через 6-8 лет нарушений нейтральности сети, если бы так было, у нас бы появилась альтернативная сеть. Ты бы не смог создать ее сам, но кто нибудь создаст ее и даст тебе способ в нее войти. Принцип повсеместности не в том, что ты можешь просто купить вещь или получить доступ по официальным каналам, это когда если официальные каналы исчезнут, или попадут под цензуру и контроль, кто то всегда найдет чем их заменить. Люди создадут иную форму. Даже с деньгами это происходит. Посмотри на биткойн, это деньги, которые не контролирует государство.»

Чтобы построить это видение будущего, Пондсмит изучил информацию о технологиях, футуризме, политике, социальных трендах, моде, геологии и почти о любой теме, которая может показаться тебе важной. Библиотека дизайнера, как он говорит, должна быть глубокой и широкой.

«Мы только что поставили еще 2 книжных шкафа в спальне, и теперь каждая стена содержит книги, и это вдобавок к полностью забитой книгами комнате на первом этаже, и тем, что в офисе. Всё от палеонтологии, которая мое хобби, до истории человечества. Отчасти чтение это получение знаний, но в основном это ради ощущения духа времени: что происходит, что на виду, и что к чему приведет.»

Я спросил стало ли проще находить дух времени сейчас, когда есть так много данных для изучения, или наоборот весь этот шум затрудняет получение сигнала по сравнению с 80ми, когда информация не заполняла собой весь воздух.

«Что нужно сделать, так это вылезти из пузыря. Чем больше данных ты получаешь, тем больше можешь изучить. Я пользуюсь твиттером, реддитом и много луркаю. Это 3 места, где я даю людям знать, кто я такой, в основном для того, чтобы получать реакцию от фанатов и людей, заинтересованных в моей работе. Я могу многое узнать, пойдя в магазин и посмотрев на журналы, которые читают люди. Я могу узнать миллион вещей, зайдя в магазин игрушек. Это те идеи, с которыми вырастет следующее поколение.»

«Интернет тоже важен, конечно. Я потратил много времени, гоняясь за информацией, проверяя ее, и углубляясь в кроличьи норы. Но ты находишь там множество ужасных вещей наряду с прекрасными. У меня была милая молодая женщина, которая была ответственной за социальное взаимодействие, и это сломало ее. Самое лучшее что ты можешь там сделать, это быть невозмутимым. Это помогает. Самые ужасные голоса обычно самые громкие только потому, что им больше нигде нет места.»

Весь этот шум, крики и бесправие, часто кажутся удивительно современными. Отражает ли Cyberpunk времена, в которые живем мы, и геополитические изменения, в каждой своей редакции?

«Cyberpunk Red имеет целый раздел, посвященный тому, что «2020 ближе, чем вам кажется». Я говорю о последствиях того, что мы делаем сегодня. Это реальность и будущее моего сына, и если мы не начнем выгребать свое дерьмо, оно будет не таким уж приятным. В Cyberpunk есть сильный политический подтекст, но основной посыл прост: если ты хочешь будущего, тебе нужно взять его в свои руки и понять, что никто не создаст его за тебя. Это заключается и в политических действиях, и в хакерстве, и в вооруженной борьбе. Но будущее не станет таким, как ты хочешь, пока ты не постараешься»

Другая центральная составляющая киберпанка, как говорит Пондсмит, это «даже если твоя цель безнадежна, ты должен за нее драться». Разумеется, мир киберпанка полон людей, борящихся против того, что по их мнению неправильное использование силы, в форме экотерроризма, нападений на корпорации и хакерства. Черта между борцом за свободу, выживальщиком и террористом размыта.

«Есть некое мрачное сходство между тем, что я пишу о терактах, и ситуациями в реальном мире, но если ты следуешь трендам, когда пишешь про будущее, ты неизменно окажешься в месте, которое кажется странно знакомым. Но Cyberpunk это параллельное будущее, а не предсказание нашего. Терроризм появляется, когда есть люди, желающие сражаться с кем то, но не имеющие для этого средств кроме терактов. Ситуация не нова — она отражает Индию 19го века, Европу середины 20го или Америку 21го.

Но будь эти будущие параллелями или предсказаниями, Пондсмит думает, что мы не далеки от нашего собственного киберпанка.

«Что имеет значение для меня это люди и то, как они используют технологии. Как инструменты или как расширения, превращающие нас в мета-существ. Ты запоминаешь больше вещей, имея запоминающие устройства. В любой момент ты можешь найти текст и перевести его на 5 языков, затем наложить на него графику. У тебя есть доступ к невероятным инструментам.

«Часть происходящего сейчас это то, что инструменты становятся доступны все большему числу людей. Исторически, мощные инструменты были уделом меньшинства, и печатный станок, и даже бумага с чернилами. Как сказал Бенджамин Франклин, «Мощь печатного станка принадлежит только тому, кто им владеет». А у многих из нас сейчас есть вещи, намного мощнее печатного станка.»

Но как далеки средства связи и доступа от настоящей модификации тела?

«Анатомический ужас создает интересное культурное противоречие. Как только мы преодолеем анатомический ужас, мы будем довольны встроенным оборудованием, до тех пор, пока его будет легко чинить и заменять. Одна из составляющих киберпанк-культуры в том, что мы не станем человеко-машинами из за того, что захотим превратиться в роботов. Не ради прыжков на 50 метров в высоту или пробивания стен руками. Это произойдет потому что нам нужно больше выбора, больше знаний, и больше доступа».

Так что никаких бионических рук?

«Я не говорил этого, но это явно не будет в приоритете. Мои дети возможно и захотят. Идея, что я отрежу себе руку по локоть и заменю ее металлом это…» его передергивает. «Но критическая точка пройдена. У стариков могут быть искусственные суставы, моя мать сделала операцию по удалению катаракты, и теперь видит лучше, чем до нее.»

«Так или иначе трансгрессивная натура утратит значение. Прямо сейчас абсолютное нововведение это 3д печать для создания протезов детям без конечностей. Если у кого то будет хромированная киберконечность как у Джонни Серебрянная Рука, это может заставить ребенка, имеющего конечность, заменить ее на что то получше, как у Джонни. На каком то этапе, когда это станет легко, это будет не такой уж сложный шаг».

«Я думаю, Геральт немного киберпанковский персонаж, и я надеюсь мы сможем перенести часть его в 2077, не позволив фанатам сразу этого разглядеть. Он делает то что должен, и не обязательно получает от этого удовольствие — он просто убеждается, что то, что должно произойти, происходит. Это комбинация фатализма и романтики. Это киберпанк.»

One Reply to “Cоздатель настольной Cyberpunk помогает CD Projekt с новой игрой”

Добавить комментарий